После праздника
* * *
Если вселенная пьяна и разнуздана
и песня ее вкривь и вкось - необузданна,
я - эта песня до самого дна.
Если вселенная сбесившийся пес,
я к слюне его бешенной кровно прирос,
я - эта слюна.
Я сам исступление страстно тоскующее
о грядущей метаморфозе -
о другом человеке.
После праздника
Кипарис похож на ритуальную ветку пальмы.
Солнце похоже на обмотанный ватой цитрон.
Мир похож на шалаш в послепраздничный день.
Ветер сдувает с этого сооружения зелень - он
на его костлявую оболочку наскакивает,
ударяет кулаками ноябрьского косноязычия:
пришло, мол, время идти на слом.
И я - оплакиваю:
священного и светского сложившееся различие.
