яюLink: gazeta/menu-an.inc

Алекс Крайцберг

Добро пожаловать в Боснию!

С самого начала современного сионистского движения среди большинства как правящей верхушки, так и (нерелигиозного) народа бытовало мнение о возможности и даже желательности сосуществования с арабским населением Палестины. Еврейская популярная культура делала всё возможное, чтобы изображать арабов с уважением, однако мнение это, сдобренное социалистическими идеями о братстве "пролетариев всех стран", было представлением умозрительным. В этом качестве оно, возможно, и имело право на существование, наряду с представлениями Жаботинского ("железная стена"), и основанными на трактовке Торы идеями о мононациональном Эрец Израэль.
Практика первых десятилетий заселения страны показала, что сосуществовать с арабами не получается. Источник ошибки: социалисты-сионисты не поняли, что в Палестине они нашли не просто "арабов", а арабское общество, и если  сосуществование с отдельно взятым держателем кофейни Али было возможно, то арабский социум  как целое несовместим (и не желал совмещаться!) с той версией западного общества, которое строили сионисты в Эрец Израэль.
Казалось бы, не выдержавшая проверки гипотеза должна быть отброшена, но не даром говорят, что если бы таблица умножения задевала чьи-либо интересы, то она оспаривалась бы с пеной у рта. Для одних признание ошибки означало потерю власти; для других признание невозможности сосуществования с арабами означало потерю дешевой рабочей силы, ибо с годами рядом с "еврейской работой" постепенно появилась и "арабская работа" – неквалифицированная и низкооплачиваемая. 
Отказ признать поражение левой идеологии правящим истеблишментом не изменил реальности. Необходимость заставила левую верхушку осуществить массовое изгнание арабов во время Войны за Независимость, а для спасения идеологии был создан некий миф о том, что с арабами можно и нужно ладить, а если что не получилось, то в этом виноваты арабские экстремисты, наши собственные правые ( например,  миф о резне в Дир Ясине, запущенный социалистами с целью скомпрометировать Эцель и Лехи), невежество и бедность простых арабов, etc. Этот подход – "глаголь добро, а делай дело" – был не только циничным, но и шизофреничным. Игра "в раздвоение личности" привела к тому, что Бен Гурион "одной рукой" гнал арабов из Рамле и Лода, а другой – удерживал их в Хайфе и в ряде других мест. Апофеозом "социальной шизофрении" было удержание во время Шестидневной войны более миллиона готовых бежать арабов. Велик вклад этой шизофрении и в сотворении в начале 90-х годов миража "Нового ближнего Востока". Вторая составляющая этого миража более  материальна – желание иметь под руками резервуар дешевой рабочей силы.
Сейчас наступило похмелье. Всем, в том числе и самым отъявленным левым, стало ясно, что сосуществовать бок о бок с палестинскими арабами не получится, а  рабочую силу, причем лучшего качества и более дешевую, чем арабы, можно привезти из Юго-Восточной Азии. Проблема перешла в практическую плоскость, и в этом вопросе правые теперь отличаются от левых только в оценке того, как именно было бы лучше всего от арабов отделиться.
Нельзя не признать - сейчас отделиться от арабов уже не так просто, за прошедшие двенадцать лет создалась новая реальность, с которой приходится считаться. Рецепты крайне левых известны – надо откупиться (желательно – за чужой счет): отдать всё, что арабы хотят, а оставшийся после этого Северный Тель-Авив обнести стеной повыше. Другие левые до такой крайности не доходят, и хотят провести забор кто по границе, предписанной ООН в 1947 году при разделе британского  мандата, кто по границе 1967 года, а кто хочет даже оставить внутри забора кое-что из освобожденного во время Шестидневной войны. У этих предложений на удивление много сторонников, хотя всех их полностью лишает смысла тот факт, что арабы хотят всё, включая и Северный Тель-Авив.
"Деяния, вынужденные необходимостью, не заслуживают ни одобрения, ни хулы" (Макиавелли): если с арабами никак нельзя сосуществовать, их надо отселить. Однако современная обстановка в мире такова, что их отселение возможно лишь если арабы, во-первых, сами проявят желание эмигрировать, и, во-вторых, будут иметь практическую возможность эмигрировать.   
Оба эти условия невыполнимы без освобождения Иудеи, Самарии и Газы от власти ООП, а также разгрома ХАМАСа и других террористических организаций. При этом следует понять, что само по себе это приведет не к эмиграции арабов, а лишь к восстановлению положения, существовавшего на территории Иудеи, Самарии и Газы до соглашения в Осло. Следующим актом должно быть создание условий, при которых эмиграция станет привлекательным выбором для палестинских арабов. Без сомнения, это можно будет обеспечить только целым комплексом мер, обсуждение которых выходит за рамки данной статьи; второй же вопрос – куда практически можно направить поток эмигрантов – хотелось бы обсудить поподробнее.
Какими характеристиками должна обладать страна, привлекательная для палестинских арабов в плане эмиграции? Это должна быть страна, уровень жизни в которой сходен с уровнем жизни палестинских арабов до начала Интифады, и такая страна, в которую у арабов будет практическая возможность эмигрировать. То есть необходимо, чтобы руководство этой страны можно было склонить к приёму иммигрантов, и потом, чтобы можно было получить согласие (неофициальное, конечно) на такую эмиграцию от ряда силовых центров арабского мира. Последнее очень важно, ибо богатые арабские страны, прежде всего Саудовская Аравия (а также Иран), имеют практическую возможность воспрепятствовать эмиграции: они могут надавить на правительство страны предполагаемой иммиграции, или, действуя через террористические организации (Хизболла, Аль Кайда, etc), могут терроризировать как желающих уехать, так и страну иммиграции.
Говоря о соседних арабских странах, надо отметить, что ни одна из них не удовлетворяет выдвинутым выше критериям. Прежде всего, очевидно, что ни ОАЭ, ни Катар, ни прочие малые нефтедобывающие княжества, с населением по нескольку сот тысяч каждое, не пустят к себе несколько миллионов палестинских арабов. То же самое относится и к Саудовской Аравии; кроме прочего, в условиях жесткого ваххабитского режима этой страны палестинским арабам, в массе – суннитам, может быть отведена только роль граждан второго сорта, которым не достается не так много от среднего GDP страны   ($11,400 на душу населения) – такая перспектива не может быть особенно привлекательной в глазах будущих эмигрантов.
Египет и Сирия бедны (что бы там не говорила статистика о GDP на душу населения) и потому не могут быть привлекательны для палестинских арабов, средняя зарплата которых перед интифадой была около $4000 в год. Эти страны имеют сильные авторитарные правительства, не заинтересованные в подобной иммиграции, и мало интересующиеся возможными экономическими компенсациями.
Ливан находится в руках Сирии, и свое отношение к подобной иммиграции уже показал, не давая уже более 50 лет арабским беженцам ни гражданства, ни права приобретать недвижимость в стране и жить где-нибудь кроме лагерей беженцев. Идея переселить палестинских арабов в разорённый войной Ирак вряд ли встретит поддержку нынешних хозяев Ирака – американцев, а потому тоже не может быть воплощена в жизнь.
Отдельно хочется сказать о часто упоминаемой как "родина палестинских арабов" Иордании. Представляется, что преодолеть сопротивление иммиграции со стороны королевского иорданского дома будет практически невозможно – палестинцы представляют страшную угрозу правителям Иордании.
На описанном выше достаточно мрачном фоне неожиданно привлекательным решением может оказаться Босния-Герцеговина. Федеративная республика Босния-Герцеговина – по сути конфедерация, состоящая из двух (готовых вцепиться друг другу в горло по уходу международных сил) частей: населённой сербами  Сербской Республики и Хорвато-боснийской федерации. Говорить, естественно, стоит только об эмиграции арабов в Хорвато-боснийскую Федерацию.
Из сравнения географии и демографии территории Иудеи, Самарии и Газы и Хорвато-боснийскую Федерации видно, что площадь Хорвато-боснийской Федерации (26 тыс. кв. км.) в три с половиной раза больше, а население (2.6 млн) в полтора раза меньше, чем арабского населения в Иудее, Самарии и Газе. Мусульмане в Федерации живут только в боснийской части, и их там в два с четвертью раза меньше, чем арабов в Иудее, Самарии и Газе (1. 6 млн). Социально-экономические параметры арабского населения Иудеи, Самарии и Газы близки к таковым в Хорвато-боснийской Федерации: средняя продолжительность жизни в обоих местах около 72 лет, средняя зарплата работающих $3862 в год ( в Хорвато-боснийской Федерации - $3736).
Таким образом, эмиграция в Хорвато-боснийскую Федерацию для арабов Иудеи, Самарии и Газы может выглядеть привлекательно, как ввиду близости социально-экономических условий, так и учитывая наличие свободных земель: плотность арабского населения Иудеи, Самарии и Газы 502 человека/кв. км, а в Федерации, даже при условии переезда туда всех арабов из Иудеи, Самарии и Газы общая плотность будет  в два раза ниже (238 человек/кв. км). Возникает, однако, вопрос – а могут ли согласиться на такую иммиграцию власти Боснии-Герцеговины?
В отличие от окружающих Израиль арабских стран в Боснии-Герцеговине нет сильной центральной власти. Страна разделена по национально-конфессиональному признаку на две почти независимые части, которые по сути объединены только войсками SFOR. В центральных органах у босняко-хорватов преимущество, но федеральное правительство слабо – в части интересующих нас сейчас полномочий Хорвато-боснийская Федерация и Сербская Республика могут давать иммигрантам своё гражданство без утверждения его центральной властью. Основной общий для всей Боснии-Герцеговины вопрос – это вопрос возвращения беженцев, но поскольку беженцы в основном босняки, то Сербская Республика не слишком заинтересована в представительстве в центральном правительстве. Можно ожидать, что в краткосрочном и среднесрочном планах Сербская  Республика не захочет поднимать ссору из-за иммиграционной политики Хорвато-боснийской Федерации.
Обстановка же внутри Хорвато-боснийской Федерации полна внутренней напряженности. Центральный парламент состоит из двух палат, в первой – 28 мест Федерации и 14 – сербские, во второй – по пять сербов, босняков и хорват. То есть хорваты, составляющие 14% от населения всей Боснии-Герцеговины, в центральном правительстве имеют треть мест. Непропорционально представлены  хорваты и в Хорвато-боснийской Федерации (где их доля в населении равна 23%). Таким образом, боснийцы существенно зависят от хорватов в решении вопросов на уровне центрального правительства, и при этом единственно важный для них, и могущий быть решенным только на уровне центра, вопрос – вопрос беженцев, хорватам безразличен. Зачем хорватам вступать в борьбу с сербами из-за беженцев-мусульман? Более того, боснийско-хорватские отношения отягощены взаимными зверствами, совершенными десятилетие назад, во время войны; сейчас эти проблемы "заметены под ковёр" (с помощью войск SFOR), но надолго ли? Залогом того, что хорвато-боснийская напряженность скоро превысит сербо-боснийскую, также и в том, что сейчас сербы и босняки живут порознь ("два народа, две страны"), а с хорватами боснякам приходится жить вместе. 
В свете сказанного может оказаться возможным убедить боснийский истеблишмент в том, что им выгоден "импорт" некоторого числа палестинских арабов (они могут служить противовесом албанцам, которых босняки боятся еще больше, чем сербов, и смогут помочь оттеснить вначале хорватов, а там, глядишь, и сербов). Тем более иммиграция может оказаться возможным, если посулить правящим какие-либо экономические блага в награду за положительное решение вопроса.
Какое же можно ожидать отношение арабского мира к переселению палестинских арабов в Боснию-Герцеговину? Конечно, отношение ООП, ХАМАСА и прочих "фронтов освобождения Палестины" ожидается резко отрицательным. Именно поэтому и необходимо будет прежде всего очистить Иудею, Самарию и Газу от этих людей. Что же касается остального арабского мира, следует учитывать тот факт, что арабы – не новички в Боснии. Арабские бригады, в составе 3000 человек, воевали в Боснии, начиная с июля 1992 года. В составе этих бригад были граждане Египта, Туниса, Алжира, Йемена, и воевали они в основном с хорватами, а не с сербами (в ходе конфликта арабские бригады убили 1500 мирных жителей и изгнали 150 тысяч, все – хорваты; никто из арабов не был привлечен к ответственности за военные преступления). С очевидностью, за бригадами стояли значительные силы арабского мира (не суть важно, какие конкретно), и что силы эти пытались закрепиться на Балканах. Десять лет назад эти силы вынуждены были отступить перед войсками SFOR, но есть основания полагать, что они захотят совершить вторую попытку. При этом сейчас у них будет больше шансов "ворваться в Европу на плечах палестинских беженцев". Ведь с учетом численности арабов Иудеи, Самарии и Газы, их возрастного состава населения (детей младше 15 лет у них в 2.2 раза больше, чем такой молодёжи в Хорвато-боснийской Федерации) и отличия от босняков по языку и обычаям, переселение даже части арабов в Федерацию будет реально означать ЗАВОЕВАНИЕ ими этой страны. Результатом будет не только наше избавление от враждебных соседей, но и вступление арабов в "прямое соприкосновение" с Западным миром. 
 

22.02.2004


  • Другие статьи о арабах
  • Что делать?
  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      
    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria