Д-р Владимир (Зеэв) Ханин

Биби как зеркало "Оранжевой Революции"

Биньямин Нетаньягу (Биби), главный соперник премьер-министра Израиля Ариэля Шарона, заявил вчера о своих претензиях на лидерство в партии «Ликуд». Таким образом через три недели после начала реализации плана Шарона по размежеванию с палестинцами Нетаньяху признал, что пытается вернуться в кресло премьер-министра. Судя по опросам, он вполне может рассчитывать на успех на ближайших выборах, особенно если учесть, что   программы премьер-министра Израиля, по инерции именуемая "односторонним отделением от палестинских арабов" перестала быть "отделением" и превратилась в многостороннюю комбинацию под международным контролем. Соответственно, общественная борьба вокруг этой программы, похоже, отнюдь не завершилась с "выводом" еврейских поселений из Газы и возможно, даже еще не достигла максимального накала.

Народ и власти

Израильское общество очевидно раскололось на три лагеря, идентифицируемые разными цветовыми символами. "Синие" (по разным опросам - от четверти до трети населения) поддерживают идею Шарона о выводе еврейских поселений и ЦАХАЛа из Газы и Северной Самарии, даже если это, как предупреждают их противники, нанесет ущерб безопасности Израиля. "Оранжевые" (также примерно 25-30% израильтян), напротив, выступают решительно против ликвидации этих поселений, даже если в обмен на это на Израиль прольется поток благ и преимуществ.
Наконец, самая значительная группа - до 40% населения, хотя и не являются частью двух вышеуказанных лагерей, также не являются, вопреки оценкам канцелярии Премьер-министра, в полном смысле слова "неопределившимися". Большинство из этой группы (часть из которых украшает свои автомашины белыми, либо одновременно синими и оранжевыми ленточками) готовы согласиться с уходом из Газы, но абсолютно не удовлетворены тем "как мы это сделали". Иными словами, они
- не убеждены, что выход оттуда при нынешних условиях не превратит Газу в "Хамасстан" и принесет Израилю мир и безопасность,
- разочарованы тем, что совершая фундаментальные уступки (односторонний отход Израиля к границам 4 июня 1967, изменение условий Кэмп-Дэвидского договора в пользу Египта, согласие на предоставление палестинцам экстерриториальных коммуникаций и т.п.) Израиль практически ничего не получает взамен
-шокированы фактом массового - и первого после Катастрофы европейского еврейства - изгнания евреев из своих домов и коллективной демонизацией поселенческого сообщества.          
В итоге, подход Шарона, автоматически зачисляющего эту группу в число сторонников своего плана, вряд ли стопроцентно оправдан. Верно скорее обратное: в случае вынесения вопроса вывода поселений из Газы на референдум, большинство таких "неопределившихся" скорее всего, проголосовало бы "против". (Именно это, вероятнее всего, объясняет решительный отказ Шарона, проигравшего общепартийный референдум в Ликуде со счетом 60 на 40%, от проведения общенационального референдума) 
В не меньшей степени расколот по указанному вопросу и израильский политический истеблишмент. Причем водораздел этого раскола практически не совпадает с "классическим" размежеванием между основными идейно-политическими лагерями страны, границы которых обозначены "историческими" партийными брэндами. Так, формальная "левая" оппозиция фактически превратилась в придаток правительства, делавшая все от нее зависящее чтобы коалиция Шарона не рухнула, по крайней мере до тех пор, пока не реализован "план размежевания". В свою очередь партийная оппозиция правее Ликуда расколота настолько, что практически не в состоянии бросить правительству Шарона вызов.
Реальная оппозиция Шарону находится сегодня не вне, а внутри партий его коалиции. В его собственной партии - это группа "повстанцев"-противников плана "одностороннего отделения". В Аводе - соперничающие с "лагерем Переса" фракции, настаивающие на переходе этой партии в оппозицию если не немедленно, то сразу же после размежевания, вне зависимости от его итогов.
Играя на противоречиях и интересах этих лагерей и фракций внутри и вне коалиции, группа Шарона (известная как "Форум Шикмим") до последнего времени демонстрировала значительную стабильность и свободу маневра,  эффективно разрешая проблемы, возникающие на пути реализации своего главного проекта - плана "одностороннего отделения". По мере реализации программы "эвакуации", однако, силовые методы решения этих проблем стали приобретать очевидный перевес над ставшими в последние десятилетия традиционными для израильской политической культуры методами политического компромисса и неформального регулирования. Все это заставляет предположить углубление серьезных внутренних противоречий как внутри "группы Шарона", так и между "Форумом Шикмим" и его временными союзниками из "лагеря размежевания"        

 

Чего хочет Биби

Драматическая отставка Министра финансов Израиля Беньямина (Биби) Нетаниягу стала еще одним зримым проявлением указанных противоречий. Отставка произошла прямо на заседании Кабинета министров, проголосовавшем 7 августа 2005 г. за "запуск" механизма депортации первых еврейских поселений Газы.
Нетаниягу, который на всех этапах голосования в правительстве и Кнессете, хотя и с оговорками, поддерживал план Шарона, на этот раз заявил, что "не может быть соучастником этого катастрофического решения" и положил на стол Премьера заявление об уходе. Объясняя этот шаг, приближенные Биби через полчаса после его отставки заявили, что он не смог стерпеть чудовищной стоимости "размежевания" и "бюджетного вымогательства" социальных министров от Аводы. Сам Нетаниягу на пресс-конференции вечером того же дня заявил, что он, как "сын историка", не может не думать о том, что у будущих поколений его имя будет ассоциироваться с "ущербным с моральной точки зрения изгнанием евреев из их домов", "уступками, которые Израиль делает, не получив ничего в замен", и "шагами, наносящими колоссальный урон безопасности страны". 
Политическая подоплека этого шага была, однако, слишком очевидна,  чтобы кто-либо поверил либо в "экономическую" версию, либо угрызениям совести министра финансов (которые сделались совершенно невыносимыми ровно за неделю до начала депортации поселенцев). В поведении  "сына историка" (в отличие от "сына юриста", не склонного к импульсивным  шагам) прослеживались тщательно выверенные действия, обслуживающие главную стратегическую цель Биби-политика - возвращение в кресло Премьер-министра.
Как известно, правительство Нетаниягу, находившееся у власти в 1996-1999 гг, пало вскоре после подписанного им соглашения с администрацией Арафата в Вей Плантейшн вследствие тактического объединения усилий "правой" и "левой" оппозиции, недовольных соответственно, "чрезмерными" и "недостаточными" его уступками арабам. В мае 1999 г. были проведены досрочные выборы, победу на которых одержал  кандидат от партии Труда Эхуд Барак, а Нетаниягу объявил о своем уходе из Кнессета и из политики.
Каденция Барака, в прочем, оказалась сверхкороткой. Уже осенью 2000 г., лидеры ООП, вдохновленные односторонним уходом израильских войск из Ливана и "сверхщедрыми предложениями", которые  Барак сделал Арафату в Кэмп-Дэвиде (тем самым продемонстрировав, по мнению арабов, "слабость Израиля"), развязывают новую террористическую войну ("интифада Аль-Акса").
Признав провал своей политики, Барак уходит в отставку, и объявляет о назначении новых прямых выборов Премьер-министра на февраль 2001 г. Биньямину Нетаниягу опросы тех месяцев предсказывают убедительную победу и на праймериз в Ликуде, и на общенациональных выборах. Однако сам Нетаниягу (ради которого парламент принимает поправку к Закону о правительстве, дающую право любому гражданину страны, а не только члену Кнессета, баллотироваться на выборах премьера) не спешит заполнить возникший политический вакуум.
Биби был убежден, что коль скоро одновременно с выборами премьера не проводятся выборы нового Кнессета, то премьер-министр - кто бы им ни стал - не сможет работать с избранным в мае 1999 г. парламентом, состав которого явно уже не соответствует расстановке сил в обществе. Соответственно, следует, не связываясь с очевидно "провальным проектом", подождать неизбежного падения кабинета, новых - и скорых - выборов Кнессета и Премьер-министра, на которых Нетаниягу,  сохранив политическую репутацию, имел бы все шансы победить и сформировать стабильное правительство.
Дальнейшие события показали, что эта оценка была ошибочной. Кандидатом от Ликуда на выборах стал А. Шарон, который, возглавив Ликуд после его поражения на выборах 1999 г, по мнению многих, "поднял партию из руин". На выборах Премьер-министра в  феврале 2001 г. Шарон не только переиграл Барака с почти 27% перевесом, но и сформировал правительство национального единства, продержавшееся, вопреки прогнозам Нетаниягу, до начала 2003 г. Сам Биби оказался в стороне от этого "праздника жизни", и лишь в самом конце первой каденции Шарона занял в его правительстве пост главы МИД
Нетаниягу было очевидно, что  бросать вызов Шарону, который сумел убедить и "правых", и "левых", что его политике, фактически, нет альтернативы,  в тот момент было бы бессмысленно. Ситуация не изменилась коренным образом и после триумфальной победы Ликуда на выборах в январе 2003 г., которая вторично привела  А. Шарона  в кресло премьер-министра. Шарон, который в тот момент готовил свой удививший и друзей и врагов политический поворот также, в свою очередь, не желал видеть Биби в числе своих активных противников. В итоге Нетаниягу занял в новом коалиционном правительстве ключевой пост министра финансов с широчайшими полномочиями (включая фактическое невмешательство Шарона) для проведения насущных экономических реформ.
Убедившись что Биби и его команда реформаторов, избавив страну от перспективы наиболее опасных экономических катаклизмов, одновременно прочно "завязла" в противоречиях финансово-экономической либерализации и их социальных последствий, Шарон, уже почти без опасения удара с их стороны, начинает весной 2004 г. твердой рукой проводить свою программу "одностороннего отделения" от арабов. И действительно, хотя многие в тот момент ожидали, что Нетаниягу немедленно воспользуется ситуацией и выступит против Шарона во главе "правого лагеря" в Ликуде и обществе, Биби не решился тратить свои все еще ограниченные политические ресурсы на открытую борьбу с Шароном, успех в которой был ему неочевиден.
В итоге Нетаниху  предпочел продолжить "набор очков" на экономическом фронте, и временами фрондируя против программы Шарона, не выступил, подобно ряду других министров, и определенно против. Как можно предположить, Биби решил, внешне соблюдая "джентльменское соглашение" с Шароном, дождаться пока последний запутается в противоречиях реализации своего плана, и "подставится" под его сокрушительный удар.
Такой момент,  казалось бы, настал в феврале-марте 2005 г., когда коалиция оказалась на грани развала, а весь проект Шарона - под угрозой срыва, и он заговорил о возможных досрочных выборах. Именно тогда Нетаниягу и его сторонники сделали ряд демонстративных демаршей и стали проявлять признаки готовности броситься в бой, как только Шарон "даст слабину". Этого однако, не случилось - Шарон, блестяще маневрируя, сумел составить новую коалицию, провести соответствующие решения через Кнессет и правительство и остаться у власти. Нетаниягу, выбирая между открытой политической борьбой с Премьером  с уменьшающимися шансами на победу и сохранением "правительства экономических реформ" в очередной раз предпочел последнее, надеясь на новый случай переиграть Шарона.  

Три сценария: "тест Нетаниягу"

По мере приближения даты начала операции по эвакуации еврейских поселений Газы, в лагере Нетаниягу, однако, росло ощущение цейтнота. Шарон продолжал эффективно контролировать законодательную и исполнительную власти и пользоваться фактически абсолютной поддержкой судебной системы и преимущественно левой израильской прессы. 
Становилось понятно, что в этих условиях премьер-министр готов идти в реализации своего плана до конца, не взирая ни на дезорганизованную правую оппозицию, ни на стремительно углубляющийся раскол в обществе. Что касается Нетаниягу, то все говорило за то, что его дальнейшее пребывание в правительстве становилось контрпродуктивным для его политической карьеры. В пользу скорейшего выхода Биби из кабинета Шарона говорили следующие два обстоятельства:

1. Нетаниягу имеет шанс вернуться к власти в Ликуде только как лидер "умеренно правых". Соответственно, если Биби останется в правительстве до момента начала депортации поселенцев, то что бы он после этого ни говорил и не делал, он будет однозначно идентифицироваться с программой Шарона и будет обречен вечно оставаться при нем на вторых ролях
2. Нетаниягу, проводя экономические реформы в условиях напряжения всех сил страны в борьбе с террором, сумел в короткий срок :
(а) остановить нарастающий  экономический спад и развал госбюджета,
(б) осуществить перелом экономической тенденции, обеспечив стабильный (4 - 4.5%) рост ВВП в условиях минимальной (0.3%) инфляции,
(в) обеспечить комплекс мер по либерализации рынка капитала, сокращению налогов и привлечению в страну значительных инвестиций,
(г) провести приватизацию и рационализацию деятельности ряда ведущих государственных и профсоюзных кампаний
(д) добиться очевидного сокращения безработицы и заметного роста общественного потребления.

Обратной стороной этих реформ стало сокращение госбюджета, снижение социальных выплат и пособий,  растущее расслоение в доходах населения - и как следствие - рост недовольства социально слабых слоев. 
Можно заключить, что экономическая программа Биби на этом этапе достигла максимума, дальнейшие его "экономические прорывы" в статусе министра финансов  вряд ли возможны. Следовательно, этот ресурс Биби - политика сегодня почти исчерпан. Более того: если он, уже после "размежевания" (чем бы оно ни кончилось), все еще оставаясь в правительстве,  вступит в борьбу за лидерство в Ликуде, делая упор, за неимением других достижений, на итоги своих экономических реформ, то этот ресурс может оказаться и контрпродуктивным.
В то время как позитивные плоды экономических реформ Нетаниягу будут к тому моменту восприниматься как нечто само собой разумеющееся, их негативные - пусть и краткосрочные - социальные последствия, несомненно, будут работать против него. Итак, Биби, как опытный политик,  не может не понимать, что как ни велики его достижения на экономическом поприще, это вряд ли сработает без нетривиального политического ход        
Однако и в свете этих соображений, понимая, что дальнейшее выжидание может означать, что последний шанс вернуться к власти может быть безвозвратно упущен, Нетаниягу продолжал колебаться до последнего. Лишь взвесив все "за" и "против" -  буквально в последнюю минуту, когда все "ставки сделаны", и изменить уже почти ничего нельзя - Биби выходит из правительства. Как можно заметить, единственным критерием этого, как и предыдущих поступков Нетанитяху была политическая рациональность. Соответственно, его шаги можно считать довольно объективным "внешним индикатором" наиболее перспективных, с его точки зрения, моделей развития политической ситуации.  
Этих возможных моделей, судя по всему, было три.

Сценарий № 1. Шарон эффективно и бескровно проводит размежевание, которое немедленно (примерно в течение полугода) принесет зримые результаты, а именно:
а) количество терактов любого масштаба снижается в разы, ПА контролирует ситуацию в Газе и сотрудничает с ЦАХАЛ в деле ликвидации инфраструктуры террористических организаций,
б) проходит обещанная Кандолизой Райз международная конференция на высшем уровне, которая даст начало процессу установлением полномасштабных дипломатических отношений Израиля с арабскими странами Северной Африки и Персидского Залива
в) появятся "экономические плоды" размежевания, включая бурный рост иностранных инвестиций, новый туристический бум и т.д.
В этом случае досрочных выборов не будет. Основной партнер Ликуда по коалиции - партия Авода (особенно за Газой последуют Иудея и Самария) будет заинтересована остаться в правительстве, как минимум, до осени 2006.
Если это кажется ему реальным, то Нетаниягу, уйдя из правительства сегодня, вряд ли сможет противостоять Шарону (который, кстати, видит своим наследником отнюдь не Били, а Ольмерта или Мофаза) на следующих праймериз и должен надолго, если не навсегда распроститься со своими лидерскими амбициями. Поскольку Биби все же подал в отставку, он посчитал такой сценарий маловероятным.

Сценарий № 2. Программа "размежевания" (в ее полном, скрытом сегодня от общественности объеме) проваливается, "оранжевое движение" крепнет на фоне общественного возмущения, а "лагерь размежевания" разваливается.   
В этом случае досрочные выборы состоятся немедленно, причем возникнет новый политический расклад, в котором лидеры "оранжевого фронта" станут базой для формирования новых политических элит и фактором принятия стратегических решений.
Если это реально, то Нетаниягу должен был бы немедленно после отставки заявить о своих претензиях на лидерство в "Оранжевом движении". Тем не менее, уйдя из правительства, Биби
(1) выразил явное недоверие потенциалу "оранжевых", заявив, что "общественный протест важен, но критические вопросы решаются не на улице, а в Кнессете", и
(2) не появился ни в Гуш-Катифе, ни на массовом митинге противников Шарона в Тель-Авиве 11 августа, а вместо этого отправился в США.  (Официальной целью  была встреча с потенциальными инвесторами в израильскую экономику, неофициально - сбор денег для своей избирательной кампании). Соответственно,  и этот сценарий рассматривался Нетаниягу как маловероятный.

Сценарий № 3. Размежевание происходит по плану Шарона, но не приносит обещанных результатов: палестинский террор не снижается, а Газа очевидно превращается в его базу, обещанных экономических дивидендов нет, политико-дипломатические плюсы  ликвидации еврейских поселений также неочевидны. Ситуация накаляется, партия Авода, добившись своих целей на размежевании, не намерена тонуть вместе с Шароном, и выходит из коалиции либо под предлогом "достижения поставленных целей", либо ломает ее о бюджет будущего года. Как результат, объявляются досрочные выборы, которые должны состояться в июне, или при более быстром варианте развития событий – зимой 2005/06 г.
Именно этот сценарий, предоставляющий Нетаниягу реальный шанс победы над ослабевшим Шароном в Ликуде, а затем - и на всеобщих выборах рассматривается им как наиболее вероятный.

Что будет, если Биби выиграет?

Можно предположить, что если Нетаниягу сумеет переиграть Шарона, и оттеснить его от руководства партией, то главным приоритетом его действий будет недопустить раскол движения (или если откол сторонников Шарона все же произойдет, сохранить "политический брэнд" - Ликуд - за своей группой), а также стать не только лидером Ликуда, но и премьер-министром.
Это будет возможно, если Биби сумеет сохранить за партией максимальное число мандатов в ходе парламентских выборов, не допустив оттока избирателей в  партии правее Ликуда (НДИ, Национальное Единство, МАФДАЛ), "велфаристские" движения типа ШАС, или партию Кедми, если она будет создана, а также в партии "умеренного центра" (Шинуй и Аводу).
Для достижения этой цели Нетаниягу неизбежно будет позиционировать себя как умернно-правый (а не праворадикальный) лидер. В контексте нынешней ситуации он будет обращаться не только (и даже не столько) к "оранжевым" противникам депортации евреев из любой части Эрец-Исраэль. Главное его "послание", суда по всему будет к тем израильтянам, которые готовы на территориальные уступки в обмен на реальный выигрыш в сфере безопасности, а также политические, экономические и дипломатические дивиденды.
"Именно в "умеренных" ликудниках отставной министр финансов нуждается больше всего. – пишет обозреватель Хаарец Йоси Вертер. - Благодаря их поддержке он сможет обрести в глазах потенциальных избирателей имидж умеренного правого центриста, "настоящего ликудника" - государственника, с которым могут иметь дело политики, представляющие различные цвета политической радуги"
И действительно, же через день после отставки Нетаниягу два независимых друг от друга опроса показали один и тот же результат: если бы "праймериз" в Ликуде состоялись сейчас, то Нетаниягу набрал бы 47% голосов членов партийного Центра, а Шарон - всего 33%.
В этой связи, Нетаниягу - если он победит - начнет свою деятельность с того, что:
  • объявит о своей приверженности идеям и принципам "Дорожной карты"
  • жестко критикуя концепцию, и особенно стиль воплощения шароновской программы "одностороннего отделения", объявит ее итоги "необратимыми" (примерно в духе его оценок "соглашений Осло" в период его Премьерства 1996-1999 гг.) Так, в интервью американскому телевидению депутат Кнессета Биньямин Нетаниягу заявил: "Решение о "размежевании" было принято демократическим путем. Нормы демократии обязательны для всех, поэтому даже те, кто не согласен с тем или иным решением, обязаны его выполнить".
  • предложит сосредоточить усилия на минимизации негативных последствий уже принятых в рамках "одностороннего отделения" мер и обусловливании дальнейших шагов принципом "дашь-получишь"
  • вернется - официально или неофициально - к "изначальному" плану Шарона, от которого сегодня уже почти ничего не осталось (сам Шарон, начиная с весны 2005 г., по большинству мнений, исполняет план Бейлина и Мицны). В этих рамках он  предложит предпринять меры по интеграции крупных поселенческих блоков путем усиленного заполнения промежутков между ними и территориями внутри "зеленой черты" объектами жилищной, транспортной и производственной инфраструктуры
  • согласится на создание палестинского государства нам большей части территории Иудеи, Самарии и сектора Газы
  • будет готов взвесить идею Киссенджера-Либермана об "одностороннем отделении от Ум-эль-Фахма" (т. е., передаче ПА городов "треугольника", населенных израильскими арабами-мусульманами)             
Означает ли все это, что у "Оранжевого движения" так и не появится консенсусного лидера национального уровня?

Статья в сокращении опубликована в "Независимой газете", Москва, 31.08.2005

Д-р Владимир (Зеэв) Ханин - сотрудник отделения политологии Университета Бар-Илан, Израиль.



  
Статьи
Фотографии
Ссылки
Наши авторы
Музы не молчат
Библиотека
Архив
Наши линки
Для печати
Поиск по сайту:

Подписка:

Наш e-mail
  

TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria