| |
Софья Рон
Шаг вперед
Потрясшая страну в начале
нынешней недели серия терактов привела в конце концов к историческому
повороту в политике правительства Ариэля Шарона. Кабинет министров на
экстренном заседании в понедельник вечером, после возвращения главы
правительства из Вашингтона, принял решение определить ПА как "организацию,
поддерживающую террор".Без этого решения бомбардировки ставки Арафата и
уничтожение его личного вертолета не имели бы ни малейшего значения, как не
имели значения начавшиеся еще при Бараке бомбардировки пустых зданий в Газе
и Рамалле. Не случайно такой жаркий спор на заседании правительства в
понедельник разгорелся не по поводу тех или иных военных действий, а именно
по поводу принятой кабинетом формулировки. "Делайте с ними (с ПА - С. Р.)
что хотите, - кричали министры от Аводы, - бомбите их города, убивайте
террористов, но только не объявляйте ПА организацией, поддерживающей
террор". Однако вышеприведенная формулировка была поставлена на
голосование, и восемь министров Аводы, зная, что останутся в меньшинстве, в
знак протеста покинули помещение. Министр юстиции Меир Шитрит при
голосовании воздержался, Дан Меридор голосовал против. Принятое кабинетом
решение - первая за все эти месяцы победа правого фланга в правительстве.
Если раньше присутствие в коалиции блока НДИ - Ихуд Леуми вызывало
недоумение, то на сегодняшний день оно политически оправдано. - Это наша
первая значительная политическая победа над Пересом, - сказал мне на
следующее утро после заседания правительства лидер НДИ Авигдор Либерман. -
Раньше позиция правительства была двойственной, теперь, в первый раз, она
является однозначной. На заседании Либерман подал от имени фракции НДИ -
Ихуд Леуми проект решения кабинета. Перес возмутился. - Нельзя, чтобы
только они подавали свой проект решения, - заявил он, - а у нас не было
времени подумать. - Как это не было! - парировал Либерман. - О заседании
было известно за шесть часов до него. Да и вообще кабинет еще полтора
месяца назад, после убийства Ганди, принял решение: если ПА не выдаст
убийц, значит, она поддерживает террор. Из-за Переса с этим тянули полтора
месяца. - Однако нынешнее решение кабинета - полумера. Когда будет принято
решение определить ПА как противника? - поинтересовалась я у Либермана. - К
этому все идет, - ответил он, - ведь любой террор - он и есть враг. Перес
так и сказал на заседании правительства: принять подобную формулировку
означает взять курс на разрушение ПА.По поводу военных действий, впрочем,
единогласия в правительстве тоже нет. Кто-то сказал на заседании кабинета:
только не надо использовать авиацию. - А как насчет вертолетов? - спросили
Матана Вильнаи. - Их можно использовать? - Разумеется, - сказал Вильнаи, -
вертолеты - это не авиация. - Ну, конечно, не авиация, - подхватил
Либерман, - это - летающие танки. Тем же вечером министр транспорта
Эфраим Снэ выступил с резкой критикой военных действий, предпринятых
правительством.- Все это он говорил по CNN, - сказал Либерман, - а три
минуты спустя выступил Буш и заявил, что Израиль имеет полное право
отвечать на теракты. Я был потрясен.- Почему именно Снэ занял такую
позицию?- Не знаю, - ответил Либерман, - наверное, это у него
наследственное (отец министра транспорта, Моше Снэ, был одним из лидеров
израильской компартии - С. Р.).С Эфраимом Снэ мне связаться не удалось -
он на следующий день после заседания кабинета выехал за границу.Авода
оказалась перед дилеммой. Если прежде речь шла о тактике правительства -
больше или меньше точечных ударов, больше или меньше послаблений ПА, - то
теперь стоит вопрос о стратегии. Для Аводы оставаться в правительстве,
которое объявит - если объявит - ПА противником, означает публично
расписаться в собственной политической несостоятельности, в полном крушении
своей политической концепции. Ведь если Арафат - враг, значит Норвежские
соглашения были фатальной авантюрой, в которую вовлекли страну партия Авода
и результатом которой явилось превращение прозябавшего в Тунисе стареющего
террориста в угрожающего Израилю вооруженного противника. Как могут
политики, загнавшие страну в кровавое болото процесса, завершившегося
крахом, претендовать на власть в ходе следующих выборов? Еще в начале
недели возможность выхода из коалиции серьезно взвешивали в НДИ - Ихуд
Леуми. Сегодня об этом говорят в Аводе, но она едва ли выйдет из
правительства. Во-первых, у партии до сих пор нет лидера. Конечно, если
Перес примет решение подать в отставку, министрам от Аводы будет трудно
оставаться в правительстве. Но пойдет ли на это Перес - большой вопрос. В
оппозиции он лишится рычагов давления на членов фракции, рычагов, которые
ему обеспечивают пост главы МИДа и хорошие личные отношения с главой
правительства. Члены фракции не поддерживают его политическую программу и
вне правительства ему грозит амплуа политического пенсионера - участь,
которой он всеми силами вот уже пятый год, после своего поражения на
выборах против Нетаниягу, пытается избежать. А во-вторых, если Авода и
выйдет из правительства, у Шарона имеется альтернативная коалиция из 66-68
депутатов Кнессета. К тому же решение покинуть правительство в разгар
военных действий едва ли увеличит и без того падающую популярность
Аводы.Таким образом, глава правительства располагает полной свободой
действий, во всяком случае, на внутриполитическом фронте. Угрозы слева нет.
В понедельник вечером Ариэль Шарон сделал долгожданный шаг вперед, - но это
только один шаг. Весь вопрос в том, какова стратегия главы в правительстве.
Если, как опасаются пессимисты в левом лагере и как надеются оптимисты в
правом, он хочет медленно, шаг за шагом, сохраняя поддержку общественного
мнения в стране и избегая противостояния с Соединенными Штатами, привести
автономию к крушению и представить это как неизбежность, - тогда его
тактика оправданна. Но при этом возникнет вопрос: имеет ли правительство
моральное право жертвовать жизнью собственных граждан? Из ловушки легче
выбираться медленно, шаг за шагом, но эта медлительность стоит жизни
жертвам новых и новых терактов.Если же Шарон, как опасаются пессимисты в
правом лагере, остановится сейчас на полпути и вернется за стол
переговоров, возродив возможность создания палестинского государства -
говорил же он о болезненных уступках, - значит, правые партии и правый
фланг в Ликуде упустили время, дали себя обмануть, и выхода из кризиса, в
который ввергли страну инициаторы Норвежских соглашений, не предвидится.
Однако возможен и третий вариант: глава правительства рассматривает
обе опции - первую как предпочтительную и вторую как запасную. По всей
вероятности, так оно и есть, и историческая миссия правых партий и правого
фланга Ликуда заключается в том, чтобы заставить правительство сделать
дополнительный шаг, окончательно определить свою стратегию, объявить ПА
врагом и таким образом похоронить Норвежские соглашения, отрезав Израилю
путь назад, к роли покорной жертвы, партнера по "мирному процессу" - и в
глазах собственного общественного мнения, и в глазах американцев. Если
Израиль не назовет вещи своими именами и не возьмет курс на уничтожение ПА,
то, кто бы ни находился у власти, израильские левые при содействии извне
лишат страну последней возможности вырваться из кровавого капкана
Норвежских соглашений.
06.12.2001
< < К оглавлению < <
> > К следующей статье > >
|
|
|
